Денис Агапов: «Хирург — это не просто врач, это стратег, который проектирует будущее пациента на фундаменте его прошлого»

Денис Агапов, кандидат медицинских наук, пластический хирург, главный врач Олимп Клиник рассказал о трендах в пластической хирургии, программах реабилитации и современных высоких технологиях эстетической медицины.

— Денис Генрихович, ваша специализация — сложная реконструкция. В чем для вас принципиальная разница между «сделать красиво» и «собрать заново»?

— Для меня в первую очередь важно сделать именно красиво. Пациенты, которые приходят ко мне, хотят восстановить эстетику, но большое внимание я уделяю и функции. Никакая эстетика на фоне плохой функции не будет нормально восприниматься. Очень важно при восстановлении этих двух вещей добиться минимальных затрат для здоровья и максимально предсказуемого результата.

— Сегодня мир захвачен трендом на «тихую роскошь» (Quiet Luxury). Как этот принцип отражается в пластической хирургии? 

— Для меня главное — помочь пациенту достичь той внешности, которая соответствует его внутреннему ощущению возраста. Бывает, приходят люди 45–50 лет, но ощущают они себя на 10 лет моложе. Наша задача здесь, чтобы человек выглядел на свой внутренний возраст, привести его внутреннее ощущение себя к комфорту, который он получает после операции. Тогда пациент будет воспринимать себя гармонично, что в моем понимании и есть Quiet Luxury, потому что это не кричащие изменения, нарочито бросающиеся в глаза, а спокойное удовлетворение от своего отражения, соответствующее его внутреннему миру. 

— Пациент Олимп Клиник — это человек, который не может позволить себе выпасть из жизни на месяц. Как современные технологии позволяют проводить сложнейшие реконструкции с минимальным периодом реабилитации? 

— Благодаря большому количеству выполненных операций и нашему опыту мы можем спроектировать вмешательства, которые будут сопровождаться минимальными послеоперационными изменениями и реабилитационным периодом. Мы всегда учитываем анатомические особенности пациента при планировании оперативных вмешательств, чтобы он получил тот результат, за которым пришел, а также стараемся минимизировать реабилитационный период. Помимо этого, в нашей клинике есть целое направление реабилитации для комплексного восстановления после хирургических вмешательств. Программа реабилитации включает в себя аппаратные методы, инъекционные и терапевтические процедуры. 

— Олимп Клиник известна своим высокотехнологичным оснащением. Если бы хирург из прошлого века попал в вашу операционную сегодня, что бы его поразило больше всего?

— Больше всего его поразило бы обилие удобных инструментов, которые позволяют выполнить операцию быстро и безболезненно, то есть не травмируя смежные области. То, о чем хирурги прошлого века могли только мечтать, теперь доступно в наших операционных.  

— Реконструктивная хирургия сегодня — это часто работа с «тканевым дефицитом». Откуда вы берете ресурс, когда собственного материала у пациента почти не осталось? Это магия биоинженерии или ювелирный расчет?

— Это ювелирный расчет и перемещение тканей с использованием собственного резерва организма. Если это нереализуемо, мы берем материал из окружающих тканей на питающих сосудистых ножках. Таким образом нам удается достичь именно того результата, которого ждет пациент.

— Когда вы восстанавливаете утраченную гармонию лица, вы ориентируетесь на старые фото пациента или создаете «лучшую версию», которой никогда не было? Где грань между восстановлением прошлого и проектированием будущего?

— Восстанавливая утраченную гармонию лица, мы действительно ориентируемся на старые фотографии пациента, но, поскольку у каждого человека с годами постоянно меняются черты лица и структурные компоненты, наша задача — узнать у пациента, что он хочет: вернуться в более молодой возраст или создать гармонию лица в данной возрастной группе. Нам важно реализовать именно пожелания человека. В сложной реконструкции хирург — это не просто врач, это стратег, который проектирует будущее пациента на фундаменте его прошлого. Я полностью поддерживаю данную идею. Я всегда говорил, что основная задача — не разбирать все до основания, а постараться инкорпорировать имеющуюся особенность строения пациента для реализации его желаний, прогнозируя таким образом план и ход операции.

— Вы часто беретесь за случаи, от которых отказываются другие. Это профессиональный азарт или миссия?

— Если я вижу, что могу помочь человеку в данной ситуации, то обязательно это сделаю. Моя профессиональная миссия как врача — помогать другим, ради этого я учился. 

— Как вы находите общий язык с пациентами, ожидания которых завышены? Бывали ли случаи, когда вы говорили «нет», понимая, что операция не удовлетворит внутренний запрос человека?

— Я информирую пациентов, объясняю свою позицию и, если они принимают мою сторону, понимают, почему я в каких-то случаях настаиваю на своем варианте коррекции, это хорошо. Если у нас расходятся взгляды, то это не мой пациент, а я не его врач. 

Олимп Клиник — высокотехнологичная клиника эстетической медицины в центре Москвы, в основе идеологии которой лежат долголетие, повышение комфорта и качества жизни.